«Боюсь, что меня найдут»

Украинские беженцы опасаются преследования со стороны России даже в европейских странах. 45-летняя Светлана хочет остаться в Финляндии, чтобы больше никогда не терять своё прошлое.

Весной Светлана уехала из Херсона. В мае на улицах города появились российские солдаты. Фото: Ольга Мальцева / AFP

15.6. 2:00

Херсон стал первым большим украинским городом, который захватили российские войска.

Это произошло уже через шесть дней после того, как президент России Владимир Путин объявил по телевидению, что его вооружённые силы начинают «специальную военную операцию» в Украине. 2 марта российские солдаты пришли в городскую думу Херсона. Вечером того же дня мэр города Игорь Колыхаев объявил, что Херсон находится под контролем России.

По словам Колыхаева, в городе с населением 280 000 человек погибли сотни военных и гражданских, нанесён значительный ущерб инфраструктуре.

Херсон и одноимённая область, где проживает в общей сложности около миллиона человек - яркий пример того, как захватчики пытаются «русифицировать» оккупированные территории. Для этого, они, например, патрулируют улицы города и перекрывают все выезды из него.

Одной из тех, кому удалось сбежать из оккупированного Херсона, стала 45-летняя Светлана. В начале мая она добралась до Финляндии. Из Херсона она уехала в апреле. По соображениям безопасности её имя изменено.

«Боюсь, что меня найдут. Мне действительно страшно рассказывать вам всё это», - говорит Светлана.

По её мнению, больше всего украинские беженцы опасаются того, что Россия будет преследовать их даже в тех странах, где им удалось обосноваться. И всё же Светлана охотно делится с нами впечатлениями.

Тем более, что в самом Херсоне сейчас куда страшнее. По словам Светланы, оставшиеся в Херсонской области живут в постоянном страхе:

«Люди боятся русских, потому что они жестокие. Если бы люди не боялись, что их могут похитить или расстрелять, наверное, весь Херсон ходил бы с украинскими флагами. Никто там не хочет видеть русских».

Женщина с телефоном на фоне российского уличного патруля. Город Скадовск Херсонской области. Фотография сделана во время пресс-тура, организованного российской армией 20 мая. Фото: Ольга Мальцева / AFP

Жители Херсона на улицах города. Фотография сделана во время пресс-тура, организованного российской армией 20 мая. Фото: Ольга Мальцева / AFP

Во вторник, 8 июня, министерство обороны Украины заявило, что украинские войска вернули часть Херсонской области под свой контроль. Информация не подтвердилась.

Светлана вспоминает, что в тот момент восприняла эти новости с радостью и надеждой. Но и с тревогой тоже: не зацепили ли бои родных и знакомых? Все ли живы?

Когда территория, сопоставимая по размерам с Хельсинки и окрестностями, оказывается в оккупации – жизнь людей сильно усложняется.

В мгновение ока рушатся условия для нормальной человеческой жизни.

В апреле вещающее на украинском языке «Радио свобода» сообщало, что оккупанты мешают доставке в Херсон гуманитарной помощи: еды, лекарств и других предметов первой необходимости. Вместо этого россияне привозят продукты из оккупированного Крыма и заставляют местных жителей платить за них в рублях, причём, по завышенной цене.

Председатель общественной организации «КрымSOS» Денис Савченко утверждает, что 90% аптек в Херсонской области сейчас закрыты. Информационный бюллетень этого движения сообщает, что на рынках прямо из автомобилей активно продают лекарства из Крыма и России. Установить происхождение этих препаратов невозможно.

Цены действительно выросли – соглашается Светлана. Говорит, что продукты подорожали аж в 4 раза. Подтверждает она и то, что россияне привозят еду из Крыма на продажу.

«Раньше килограмм колбасы стоил 60-70 гривен, сейчас – 200-240. Российские солдаты также зарабатывают огромные деньги на привезённых из Крыма сигаретах и пиве».

По мнению Светланы, ещё одной причиной удорожания жизни стало то, что многим херсонцам пришлось часто переезжать – их дома разрушались в ходе боёв. А ещё эта стрессовая обстановка вызвала многочисленные разногласия в отдельных семьях:

«Нам было страшно оставаться – вокруг всё время слышались взрывы. Поэтому нам пришлось покинуть наш дом и тот прекрасный район, в котором он находился. В течение двух месяцев мы постоянно переезжали с места на место. Нервов было много, всё это отразилось на нашей семье».

Женщина с ребёнком на фоне российских солдат, патрулирующих город Скадовск Херсонской области. Фотография сделана во время пресс-тура, организованного российской армией 20 мая. Фото: Ольга Мальцева / AFP

Вместе с началом оккупации началась и «русификация» Херсона.

Российские представители заняли места украинских руководителей, выбранных демократическим путём. Официальная украинская валюта – гривна – была заменена на российские рубли в начале мая.

Вещание украинских телеканалов прекратилось. Поменялись интернет-провайдеры и операторы мобильной связи – всем этим стали заниматься российские компании. Независимая организация интернет-мониторинга Netblocks ранее сообщала, что «интернет-трафик на оккупированных территориях направляется через российские коммуникационные системы, что наверняка означает его регулирование по российским стандартам, а также слежку и цензуру».

В школах также вводится российская образовательная система. Первый заместитель главы Херсонского облсовета Юрий Соболевский рассказал, что захватчики уже составили список учителей, которые готовы продолжать преподавание в соответствии с требованиями российских программ. По информации Соболевского, тех, кто согласен, летом собираются отправлять в Крым на переподготовку.

Все эти действия по русификации региона для Светланы неожиданностью не стали. По её наблюдениям, Россия пыталась продавливать здесь свои идеи и раньше - задолго до начала военного вторжения. Светлана уверена: таким образом Москва стремится уничтожить национальную идентичность украинцев.

«Они говорят: вы русские, а не украинцы. Они хотят уничтожить культурные различия и вообще убить нашу культуру. Русификации школ я не удивлена. Теперь они превратятся в школы пропаганды».

Флаг победы у памятника Великой отечественной войне. Фотография сделана во время пресс-тура, организованного российской армией 20 мая. Фото: Андрей Бородулин / AFP

Несмотря ни на что, жители Херсонской области поддерживали сопротивление российской оккупации. Они устраивали митинги, на которых тысячи человек приходили с украинскими флагами и пели национальные песни. Евгений Рыщук, мэр города Алёшки в Херсонской области, рассказал журналистам Deutsche Welle, что в марте в таком митинге участвовало более 5 000 человек.

VIDEO: Российские войска разгоняют мирную демонстрацию в Херсоне 21 марта 2022 года.

Светлана уехала из Херсона в Одессу примерно через месяц после начала оккупации. Сделать это было уже непросто из-за боёв и российских блокпостов. Путь длился 10 часов.

«Нам пришлось ехать по полям и просёлочным дорогам, - вспоминает Светлана, - по большим трассам ехать было нельзя, они все простреливались. Когда мы уезжали – вокруг были уже десятки блокпостов. Мы выехали в 7 утра и только в 5 вечера были на месте. В нормальное время этот путь занял бы не более двух часов».

Из Одессы Светлана поехала на автобусе до Киева. Оттуда – на поезде до Львова, а там – снова на автобусе – через польскую границу в центр помощи беженцам в Перемышле. Наконец она добралась до Гданьска, откуда улетела в Хельсинки.

Светлана уверена, что сейчас проделать этот путь было бы ещё сложнее, так как россияне минируют все маршруты эвакуации, которые ведут не в Россию.

А ещё добавляет, что страх тоже парализует: «Люди хотят уехать, но многие боятся и думают, что это невозможно. К тому же, сложно спланировать маршрут: все знают, что дороги заминированы, но где именно – никому не известно».

Автобус с буквой Z едет по полям Херсонской области. Фотография сделана во время пресс-тура, организованного российской армией 20 мая. Фото: Ольга Мальцева / AFP

Светлана сильно сомневается – будет ли у неё когда-нибудь возможность вернуться на родину. Она не верит, что Украина сможет когда-нибудь жить в мире со своим соседом. Она решила остаться в Финляндии навсегда.

«Я не верю, что Россия когда-нибудь оставит Украину в покое. Хочу остаться в Финляндии, чтобы больше никогда не терять своё прошлое».

Статья впервые опубликована 9.6.2022.

Suomenkielisen artikkelin voi lukea täältä.