40 лет “бесполезной” работы

Ещё в детстве Паула Лехтомяки узнала – что значит настоящее русское гостеприимство. Это было во времена Советского Союза, в Костомукше. Вторжение в Украину стало для неё шоком. И нет никаких надежд, что былые отношения с соседями восстановятся.

Паула Лехтомяки занималась развитием отношений с Россией четыре десятилетия. Фото: Якоб Кроуфорд

15.7. 2:00

Первые воспоминания о восточных соседях – абсолютно будничные. Дом в районе Кухмо, в котором выросла Паула Лехтомяки, находился всего в шести километрах от погранперехода Вартиус.

“Рядом с нашей лыжнёй повсюду были знаки: “Стоп! Пограничная зона”, - вспоминает Лехтомяки.

В 1980-е, пока росла Паула, по ту сторону границы построили город Костомукшу и заводы. На строительстве были задействованы десятки финнов. Первый раз Паула побывала в Костомукше в 9 лет:

“Так я впервые увидела Советский Союз. Пограничный контроль был достаточно волнительным и пугающим делом”.

Кухмо и Костомукша стали городами-побратимами. Для школьников было организовано несколько поездок, в которых больше всего Пауле запомнилось гостеприимство советских семей:

“Нас всегда угощали кучей сладостей. Для школьников и простых людей всё это стало очень позитивным опытом.”

“Я никогда не могла бы поверить, что Россия возьмётся за такое. Это было полной неожиданностью и, возможно, именно поэтому стало таким страшным потрясением.”

В средней школе Лехтомяки стала изучать русский язык, а в середине 90-х, будучи студентом школы экономики университета Турку, поехала по обмену учиться в Санкт-Петербург.

Её искренне интересовал “воодушевляющий, но сложный” русский язык. Потребовалось также изучать культуру и искусство.

“В те времена Россия казалась экзотикой. Ну, то есть она рядом, но вместе с тем, это очень очень другая страна, другая культура... В те годы это выглядело привлекательным во многих отношениях”.

Детский и юношеский интерес к восточному соседу повлиял на карьеру.

“Как всегда, одно вытекает из другого”, - объясняет Лехтомяки.

В зависимости от позиции и задач, которыми она занималась, менялась и её точка зрения на Россию.

“Как только наступили нынешние времена – никаких отношений больше нет”.

Лехтомяки говорит, что долго сомневалась - соглашаться ли на это интервью? Фото: Якоб Кроуфорд

Когда 24 февраля Россия начала широкомасштабную войну, одна эмоция накатывала за другой:

“Я никогда не могла бы поверить, что Россия возьмётся за такое. Это было полной неожиданностью и, возможно, именно поэтому стало таким страшным потрясением.”

После первого шока наступила ужасная горечь. Из-за войны и судеб простых людей. А вместе с ними пришло и чудовищное разочарование. Ведь уже около 40 лет Паула Лехтомяки так или иначе занималась развитием отношений с восточным соседом, какое-то время занимала должность генерального секретаря Совета министров Северных стран.

“Десятилетиями я выстраивала эти отношения, будучи уверенной в том, что они могут развиваться в позитивном ключе. Выходит, это была бесполезная работа”.

После начала войны Запад предпринял беспрецедентные шаги по разрыву отношений с Россией - и в политике, и в экономике. Сейчас многие критики говорят, что намерения Владимира Путина можно было распознать значительно раньше: после аннексии Крыма уж наверняка.

Лехтомяки не хочет использовать известную пословицу про то, что легко быть умным задним числом. Однако она подчёркивает, что в мире, который сложился после 24 февраля, легко ошибиться, оценивая события прошлого:

“До этой весны сотрудничество и диалог были нашей основной и долгосрочной линией. Такой же политики придерживалось и руководство нашего государства. Давайте держать каналы открытыми, обсуждать и сотрудничать по практическим вопросам – таков был наш посыл. Мы всегда стремились понять – что думает другая сторона”.

Беседа становится всё более эмоциональной. Паула Лехтомяки говорит, что согласилась на это интервью об её отношениях с Россией после долгих размышлений.

“Когда вы смотрите назад, то всегда нужно задавать себе вопрос: а могли ли мы иметь лучшее представление о том, каким будет дух этих взаимоотношений в долгосрочной перспективе?”

”Эта война – страшное бедствие для Украины. Но и для России тоже.”

События и решения прошлого нужно оценивать, но без навешивания ярлыков:

“Я бы сама очень хотела, чтобы каждый из нас способствовал созданию конструктивного двустороннего диалога”.

Этой весной у Лехтомяки было достаточно времени подумать о тех эпизодах, в которых возможно стоило дейстовать иначе. Может быть, ещё во времена чеченских войн конца 90-х можно было осознать, что Россия готова на полномасштабные военные действия?

А с другой стороны, какие были альтернативы?

“Если бы даже 20 лет назад мы всё понимали – какие выводы мы могли бы тогда сделать? Трудно отталкиваться от того, что перспективы диалога и сотрудничества изначально обречены на провал. Для меня такой подход тоже неприемлем.”

В 2000-х годах Паула Лехтомяки способствовала развитию отношений между странами, будучи министром внешней торговли и развития с 2003 по 2007 годы.

“В эти годы интерес к торговле с Россией был огромным, - вспоминает бывший министр, - это было очень позитивное время, многое было вложено в продвижение экспорта. Не помню, чтобы это вызывало какую-либо серьёзную критику”.

Примерно в то же время Паула Лехтомяки познакомилась с Владимиром Путиным. Это нормальная практика для министра Финляндии. Отношения между странами развивались как в политической, так и в экономической плоскостях. О том, как и когда её оценка Путина изменилась, Лехтомяки не распространяется:

“Кроме того, что всё это кажется просто непостижимым, мне сказать нечего.”

Риски, связанные с изменением политического курса России, обсуждались в основном применительно к конкретным практическим вопросам: например, строительству газопроводов на территории Европы.

“В нулевые была широко распространена идея, что увеличение взаимной зависимости в сфере экономики может привести Россию к европейскому мышлению и европейским ценностям.”

Лехтомяки поддерживает вступление Финляндии в НАТО. Фото: Якоб Кроуфорд

Помимо работы в министерстве, в 2000-2003 годах Паула Лехтомяки входила в правление общества “Финляндия - Россия”, а в 2014-2015 годах была председателем этой организации. Именно тогда Россия оккупировала Крым.

“Мы осудили аннексию. Но даже тогда мне казалось важным поддерживать связи на культурном и гражданском уровне. Для того общество и было создано”.

По словам Лехтомяки, уже тогда многие члены союза испытывали давление из-за того, что они занимались разивитием отношений с Россией:

“Было важно оказывать им поддержку”.

После захвата Крыма отношения между Россией и Западом резко ухудшились, были введены обоюдные экономические санкции. Финляндия стала ориентироваться на повышение самодостаточности. Снижение энергетической зависимости от восточного соседа стало долгосрочной политикой страны.

У Лехтомяки – благодаря её работе – была уникальная возможность следить за российскими изменениями не “со стороны”. И оптимизма она не испытывала. Даже до начала войны. Хотя сейчас перспективы совсем туманные и мрачные.

“Абсолютно очевидно, что в последние годы Россия совершенно не развивается с точки зрения демократических принципов, индивидуальных свобод, а также в отношении сотрудничества с Западом. Эта война – страшное бедствие для Украины. Но и для России тоже”, - убеждена Лехтомяки.

Уже давно в России продолжается "утечка мозгов”: из страны уезжают наиболее компетентные и образованные специалисты. Например, друзья Паулы из её студенческой группы в Петербурге уже покинули Россию.

“У всех погибших на этой войне есть близкие. Для них действительно трудно найти какие-либо слова.”

Нынешним руководителям Финляндии экс-министр полностью доверяет:

“Мы не можем изменить своего географического положения. Поэтому основная задача всегда заключалась в том, чтобы найти оптимальные решения, которые лучше всего отвечают интересам Финляндии в различных ситуациях. То же самое делается и сейчас.”

Несколько раз Паула Лехтомяки избиралась в парламент. Решение нынешних депутатов о вступлении в НАТО она поддерживает: “Я бы несомненно тоже проголосовала за подачу заявки. Если и когда возникнут условия для возобновления добрососедских отношений, такие отношения могут быть основаны только на равенстве. Ни одна из сторон не должна опасаться другой”.

Война сказалась и на повседневной жизни Паулы Лехтомяки. Российские проекты Совета министров Северных стран были заморожены, офисы закрыты. Вне работы - такая же ситуация:

“Я стала налаживать контакты с украинцами. Всё это оказалось гораздо ближе, чем я когда-нибудь могла себе представить”.

Паула следит за войной и с точки зрения матери: её старшему сыну скоро в армию.

“У всех погибших на этой войне есть близкие. Для них действительно трудно найти какие-либо слова.”

Осенью Паула Лехтомяки вернётся в Финляндию на постоянную работу. Она возглавит компанию Metsäteollisuus ry. А пока – традиционный летний отпуск в родном приграничном районе Кухмо. Здесь, по её словам, на местах былых сражений всё ещё живёт история Зимней войны.

“Для тех, кто вырос в этих краях - это привычно и не страшно. Из этих мест я вынесла идею о том, что с соседями нужно стремиться дружить, а не враждовать. Вражда - это самый последний шаг.”

Российско-украинская война продолжается уже значительно дольше, чем Советско-финская. В воздухе по-прежнему много неопределённости. По крайней мере, быстрого решения вопросов взаимоотношений Финляндии и России, кажется, нет.

“Я морально готова к тому, что уже не застану то время, когда наступит возможность для конструктивного сотрудничества”, - говорит бывший министр и председатель общества “Финляндия - Россия” Паула Лехтомяки.

Фото: Якоб Кроуфорд

Статья впервые опубликована 10.7.2022.

Suomenkielisen artikkelin voi lukea täältä.

Seuraa ja lue artikkeliin liittyviä aiheita